Рубрики1
Социалки
Новые статьи

Дедушка мой родился в простой крестьянской семье, в подмосковной деревне в начале прошлого века. Деревня была не очень большая, две улицы шли по сторонам глубокого проточного пруда, перегороженного с одной стороны плотиной. За плотиной из пруда вытекал ручеёк, который в конце деревни впадал в маленькую, но быструю речушку, Винницу. Она резво бежала, извиваясь между зелёных травянистых берегов, то разливаясь под старыми, толстыми, ветвистыми ивами и становясь совсем мелкой, то сужаясь до ширины большого ручья. Винница омывала дальний край деревни и уносилась прочь, вдоль широкого луга и дальнего поля, на котором обычно сеяли горох. Там, за этим полем, она резко поворачивала и впадала в Малеево озеро, напротив густого обширного леса. В жаркие летние дни деревенская детвора бегала на это озеро купаться. По дороге можно было наесться сладкого гороха или пройтись по краю леса и набрать крупной ароматной земляники.
Дедушка рассказывал, люди в деревне жили довольно бедно. Ребятам порой голодновато приходилось. Хлеба до сыта было не поесть, вот они, бывало, и промышляли по лугам и лесам. Наберут ягод, грибов, наедятся сочной съедобной зелени и айда к озеру. Посильную работу тоже приходилось выполнять. Днём по очереди стерегли общественное стадо, коров и овец. Иногда и в ночное их с собой брали, пасти лошадиный табун. Маленькие особенно любили, когда их с собой в ночное брали на дальний выпас. Туда и обратно их верхом на лошади везли старшие, посадив шести-, семилетних мальчуганов перед собой. Прибыв на место, разводили костёр, пекли прихваченную с собой картошку и со вкусом ели это неземное, по тем временам, лакомство, посыпая крупной серой солью, которая хрустела на зубах.
Но самым интересным были разговоры. Когда вечерние сумерки, постепенно густея, незаметно превращались в ночь, было так уютно устроиться возле костра, завернуться в старый, тепло пахнущий овчиной кожух и с замиранием сердца слушать страшные рассказы. О лесных духах, о леших, которые часто дурили и заморачивали головы грибникам так, что те порой подолгу ходили вокруг одного и того же места, не зная, как выйти из леса. О странных и необъяснимых явлениях, о молнии, которая может плавать в воздухе, как огненный шар или о заломе колосьев на поле. Вот был случай в одной деревне. Налетел ураган, иные деревья поломал, иные с корнем повыдёргивал, с нескольких домов и сараев крыши посносил. Когда всё утихло, пошли на поле, посевы осматривать, глядь, а неподалёку от края поля рожь жгутами закручена. Не иначе, сам лукавый забавлялся. Побежали к батюшке, тот с иконами в поле вышел, молебен отслужил. Только после этого жать начали.
А вот ещё случай был. В одно лето женщина шла по дороге в другую деревню, а навстречу ей человек. Одет хорошо, чисто, рубашка на нём белая, новая. И вроде знакомый, только не вспомнить ей, где она его видела. Ну, поравнялись, поклонился он. И она ему, "Здравствуйте" сказала. А только он прошёл мимо, её как обухом по голове, это же пастух, который зимой в проруби утонул! Охнула она, оглянулась, а на дороге и нет никого!
Сладкая жуть охватывала слушателей, сидящих в кругу костра. Рассказы обычно бывали один чудней другого и следовали один за другим с небольшими паузами, во время которых ещё звонче становился стрёкот цикад и время от времени слышалось конское ржание.
Вот во время одной из таких ночёвок старшие вдруг заспорили о том, правда ли, что отец их местного кузнеца – колдун. Одни говорили, что это всё выдумки, человек, как человек. Другие возражали. Правда, колдун, он, если захочет, погоду поменять может. А если кто его разозлит или обидит, на третий день обязательно заболеет и в жару и лихорадке мечется потом с неделю. Ребятишки, притихнув, слушали этот спор взрослых парней, затаив дыхание. Вдруг кто-то сказал, "Да, точно он колдун! Только он не злой. Он и поможет, бывает, людям. И полечит. Мне зуб больной заговорил так, что с тех пор я про него и не вспоминаю. А братухе травку какую-то дал, от чирья. Всё прошло, как рукой снял… а вот бы поучиться у него! Братуха-то уж даже и спрашивал его, не научит ли. Нет, говорит, не могу, ты уже переросток для этой науки. Было бы тебе годков шесть-семь, другое дело. Мог бы попробовать тебя поучить…"
Моему дедушке в ту пору как раз шесть лет было. После той ночи договорились они, друзья-одногодки, вчетвером к тому человеку пойти и в ученики к нему попроситься. Ведь это же какое большое дело, если погоду менять можешь и шептать-заговаривать умеешь. Обидчикам суметь болезнь наслать тоже в жизни пригодилось бы.
Вот собрались они и пошли к нему на поклон. Идут, робеют, не знают, как к этому разговору подступиться. "А давайте," предложил, один из них, "мы ему сперва в огороде поможем, воды натаскаем или ещё что. А там, глядишь. разговор сам собой и завяжется."
Сказано, сделано. Пришли, смотрят, он на лавочке у своего дома сидит. Подошли они, поклонились, говорят, хочешь, мы тебе воды принесём или грядки прополем? Он улыбнулся и отвечает, что уже и воды принёс и прополол, что надо было. Ребятки и растерялись. Мнутся, не знают, как быть. А человек этот и говорит. "Знаю, не за этим вы ко мне шли. Ну, не бойтесь, говорите, что надо, учтивые вы." Мальчики после этих слов осмелели, сказали, чего они хотят. Колдун задумчиво так на них посмотрел и говорит: "Ну, что же, можно попробовать. Только знайте, одного возраста мало, я не всякого в ученики могу взять, а только того, кто испытание пройдёт". А мальчишки уже поняли, что не злой дяденька, осмелели, давай, кричат, испытывай нас, мы готовы. Ну, готовы, тогда пошли, сказал колдун, встал со своего места и пошёл вперёд. Ребята за ним.
Вот прошли они улицу до конца, вышли к речке Виннице и пошли вдоль её русла. Вышли за околицу, идут лугом. Доходят до того места, где мосток через речку перекинут, недалеко от Малеева озера, почти напротив леса. Остановился колдун и говорит:"Вот кто из вас по этому мосточку через речку на ту сторону перейдёт, того я в ученики возьму." Мальчуганы даже растерялись сначала. Велика задача, по мостику перебежать. Да они так уж сто раз в лес бегали! Но колдун их остановил, "Погодите! Закройте глаза и ждите. Когда велю глаза открыть, тогда и пойдёте. Но, чур не подглядывать!"
Постояли так с закрытыми глазами, не знают, сколько времени, но не долго. "Готово!" услыхали они голос дяденьки, "Открывайте глаза!" Открыли они глаза… С нами крестная сила, что это? На мосту, на самой середине, сидит лягушка огромная, размером со стог сена, не меньше! Рот свой раскрыла широко-широко, как ворота, и на детей выпученными глазами смотрит. А колдун и говорит:"Ну что же, пройдёте через эти ворота на ту сторону – возьму в ученики, не пройдёте – не обессудьте!"
А ребятки и слова вымолвить не могут со страха, не то что сквозь лягушкин рот пройти. "Ну, закройте опять глаза!" И, когда через короткое время дети снова посмотрели на мост, то не увидели там никакой лягушки, будто её там никогда и не было. Так и не довелось никому из них в ученики к колдуну попасть, никто испытания не прошёл.
Эта история очень занимала меня в детстве. Я часто просила дедушку рассказать её ещё и ещё. И всякий раз думала, а смогла бы я пройти это испытание?